Жизненные истории: Взгляд на жизнь нашего епископа Виктора Фольца

Подкаст: Скачать (Продолжительность: 19:27 — 26,7 МБ)

Предки епископа Виктора Фольца также пережили трудные времена Советского Союза, отмеченные политическими репрессиями и экономическими проблемами. Этот рассказ позволяет заглянуть в жизнь его предков и узнать, как он сам обрел Бога.

Переселение в Россию

Во время правления императрицы Екатерины II началось переселение немцев в Россию. Причиной послужило перенаселение Германии. Слишком много людей и слишком мало земли. Это очень устраивало императрицу, поскольку она хотела превратить отсталую Россию в великое государство и достичь экономического и политического паритета с Западной Европой.

Мои предки жили недалеко от Штутгарта и, как и большинство людей в то время, зарабатывали на жизнь сельским хозяйством. Предки моего отца эмигрировали во время правления Екатерины II и поселились в Ростове в Поволжье. Наконец, в начале 1790-х годов предки моей матери также покинули Германию и поселились в городе Евпатории в Крыму.

В 1937 году начались репрессии при Сталине. В то время мой дед по материнской линии был лютеранским пастором и в 1939 году был приговорен к 25 годам тюремного заключения. Для моего деда это означало спасение, потому что в тюрьме он получал еду и жилье. Ему там было лучше, чем тем, кто был принужден к труду в Трудовой армии во время войны 1941 года.

Мою бабушку и её детей, включая мою мать, отвезли на границу между Узбекистаном и Казахстаном и бросили в поле посреди пустыни. Поскольку мой дед был в тюрьме, бабушке пришлось пойти на работу.

Однако однажды она не смогла пойти на работу из-за болезни. Тогда председатель колхоза, где она работала, пришел к ней и так жестоко избил ее дубинкой, что она умерла два дня спустя. Вскоре после этого инцидента умерли и братья, и сестра моей матери, оставив ее совсем одну.

Мой отец, переселенный из Донского региона Волги в Узбекистан, был вынужден начать работать в семь лет, потому что его отца депортировали в Трудармию, трудовой лагерь в Воркуте. Мать давала отцу ведро воды. Он продавал эту воду в стаканчиках по 10 копеек за стаканчик на базаре проходящим мимо торговцам – так он зарабатывал немного денег на жизнь.

Жизнь была очень трудной и отмечена голодом. Мой отец пережил его в такой степени, что из-за отеков не мог ходить.

Брак и рождение первенца

В возрасте 20 лет моего отца отправили на залежные земли. Там его не принуждали к труду в трудовой мастерской, поскольку для подготовки сельскохозяйственных угодий к использованию были нужны молодые немецкие фермеры.

В то время моя мать возобновила общение со своими родственниками, которые тоже жили в этой деревне. Ее двоюродная сестра и мой отец подружились, и так мои родители познакомились и в конце концов поженились.

После свадьбы моя мать узнала, что моего деда освободили, и он жил недалеко от китайской границы в Казахстане. Поэтому мои родители переехали в Казахстан (Талдыкорганская область), и там в 1958 году я родился их первенцем.

После моего рождения родители спорили, следует ли меня крестить. Мой дед, пастор лютеранской церкви, был убежден, что меня следует крестить. Сами мои родители тогда еще не принадлежали к какой-либо церкви, но тем не менее были религиозны.

Примерно в это же время сводная сестра моей матери познакомилась с пятидесятниками и обратилась в христианство. Она была запечатана Святым Духом и считала, что лютеранская вера «не является истинной верой». Мой дед к тому времени тоже познакомился с пятидесятниками.

Постепенно семья моей матери, и она сама, были запечатлены Святым Духом. Я не был крещен в детстве. Мой отец также был запечатлен Святым Духом, когда мне было около шести лет.

Обращение и крещение Святым Духом

До переезда в Латвию я посещала церковные службы, хотя и не всегда по собственному желанию. Всё изменилось в 1972 году, когда мы переехали на отдалённую ферму в лесу в Латвии (в Прибалтике). Я всегда радовалась, когда родители брали меня на службы, потому что это был единственный способ избежать одиночества, которое сопровождало жизнь на ферме.

В церковной общине я нашел друзей и начал серьезно искать Бога. Во время эпидемии гриппа в январе 1973 года, когда школы были закрыты и я чувствовал себя одиноким, тот факт, что я не был крещен Святым Духом, заставил меня задуматься.

Когда я встречал своих друзей на церковных службах, один за другим они говорили мне, что были крещены Святым Духом, а я нет. Они попадут в рай, а я окажусь в аду. Эта ситуация огорчала меня и побуждала молиться и взывать к Богу.

Мои усилия на ферме, в сарае, принесли плоды, и 19 января 1973 года Бог запечатлел меня Святым Духом. С тех пор я стал еще усерднее искать Бога и стремиться к хорошей жизни. Наши церковные службы проходили в домах или на фермах верующих, а собрания молодежной группы часто проводились в лесу из-за преследований.

В Латвии к нам, немцам, относились хорошо. Однако советская система не позволяла нам свободно передвигаться; мы не могли просто переехать, а должны были оставаться там, где жили. Выбор профессии также был ограничен, и у нас не было возможности учиться, например, на врача или инженера. Поэтому я прошёл обучение на токарного оператора в Риге, а затем работал в этой должности на заводе.

Структура и услуги в сообществе

В 1976 году мы получили разрешение на эмиграцию в Германию, и 5 октября мы прибыли туда. Этот шаг был для меня очень трудным, потому что к тому времени я уже принял водное крещение и активно занимался работой с молодежью. В Германии насчитывалось около 100 членов общины, разбросанных по всей стране.

Но община росла. Насчитывая 75 членов, мы самостоятельно построили наше первое церковное здание в Клоппенбурге. Священники наших общин уже были рукоположены в Советском Союзе. В 1980 году брат Якоб Вибе приехал в Германию в качестве рукоположенного епископа.

С 1978 по 1982 год я активно занимался детским служением, после чего мне было поручено молодежное служение. В 1988/89 году я был рукоположен в диаконы, а в 1993 году стал старейшиной. В следующем году наш тогдашний пастор, Эдуард Бухмюллер, погиб в дорожной аварии, и братья поручили мне служение пастора общины в Клоппенбурге.

В 35 лет я был молодым слугой, в то время как другие старейшины служили уже 35 лет. Я находил в них поддержку и опору, но они также наставляли и наставляли меня. Я был на своем месте просто потому, что за мной стояли молитвы — братьев и сестер, но прежде всего, Господа.

Происхождение миссии

В 1998 году я вступил в Совет епископов и был его действительным членом до 2000 года. 29 октября 2000 года я был рукоположен в епископы посредством возложения рук. Нас, епископов, было около девяти, и председательствовал брат Якоб Вибе. Благодаря работе Рубина Фируса и Александра Конради, а также при содействии епископов и братьев, в 1990 году была основана миссия «Стефан».

Эта миссия существует уже много лет и оказывает глобальное влияние: она помогает многим людям в удовлетворении духовных, материальных и физических потребностей. К счастью, миссия «Стефанус» и связанная с ней работа также внесли свой вклад в мир и примирение в расколотом обществе Советского Союза.

Но не всегда всё было легко; были и проблемы. После трагического несчастного случая с участием Эдуарда Бухмюллера и Рубина Фируса некоторые люди желали, чтобы их работа, миссия и церковь были уничтожены. Но Бог был с нами. В Евангелии от Матфея 16:18 мы читаем: «На этой скале Я построю Церковь Мою, и врата ада не одолеют её».

Да дарует Бог, чтобы наше братство оставалось верным, единым и мирным. Таково мое желание, моя молитва.

Интервью после записи с Виктором Фольцем.

Муниципалитет Клоппенбург